Статьи / КАК В СТАРИНУ ЛЕЧИЛИСЬ НА РУСИ

Сегодня мы многое знаем о жизни наших предков. Народные песни и предания, повествования мудрых летописцев, добытые трудами археологов памятники материальной культуры по крупицам воссоздают облик средневековой Московии - древней нашей родины. В истории отечества есть всякие страницы: одни испещрены поистине героическими письменами, другие хранят печать негромкой русской повседневности; незатейливый ее узор складывался на протяжении столетий. Встречаются на этих страницах и строки о народной медицине - удивительном, самобытном, во многом загадочном - и в то же время далеко еще не изученном явлении. А между тем многое из того, что собиралось по зернышку, что передавалось от века к веку, что было подсказано безошибочной народной интуицией, интересно не только как забавный исторический материал. Многие советы старых русских "лечцов" и сегодня не утратили своего чисто медицинского значения. Важно только внимательно вчитаться в них, разглядеть за неуклюжими старинными оборотами давнюю, но, как говаривал Петр I, "сугубую пользу".

Как же лечились наши предки в древние времена? Как выглядел пациент старинного русского врачевателя? Какие недуги омрачали многотрудную его жизнь? Давайте же раскроем наугад великую книгу: уверены, что ваше терпение будет вознаграждено.

Примерно к середине XV века физиологический облик русского человека определился вполне отчетливо: крепок, вынослив, неприхотлив в еде, удивительно терпелив,- но вяловат, флегматичен и даже несколько пассивен. Если где и торжествовал жестокий естественный отбор, так это в русской простонародной среде. Слабые умирали, не выйдя из младенчества; зато выжившим износу не было. Детей отнимали от материнской груди в двухмесячном возрасте; взамен они получали рожок с коровьим или козьим молоком, а то и "куклу" - черный жеваный мякиш в обслюнявленной тряпице, от одного вида которой любой дипломированный педиатр лишился бы чувств. Скоро младенец переходил за общий стол и питался наравне со взрослыми грубой крестьянской пищей. Ребятишки бегали в одних рубашонках, босиком, без порток и без шапок до самого снега, а порой так и по нему. Едва поднявшись на ноги, они впрягались в нескончаемый мужицкий труд.